Экономическая политика это:

Экономическая политика

(Economic policy)


Определение экономической политики, история экономической политики


Информация об определении экономической политики, история экономической политики


Содержание

    Содержание

    Экономическая политика

    - История экономической политики

    Новая экономическая политика

    - НЭП в сельском хозяйстве

    - НЭП в промышленности

    - Политическая борьба времён НЭПа

    - Свёртывание НЭПа

    - Выводы и заключения - НЭП и культура

    Глобальный кризис и экономическая политика современной Российской Федерации

    Экономическая политика - это система методов, инструментов и форм государственного воздействия на социально-экономические процессы, реализующая тот или иной тип экономической стратегии.

    Экономическая политика — это проводимая государством, правительством генеральная линия действий, система мер в области управления экономикой, придания определенной направленности экономическим процессам в соответствии с целями, задачами, интересами страны.

    Экономическая политикаэто система экономических мероприятий, осуществляемых государством в интересах господствующего класса в досоциалистических формациях

    Экономическая политика — это проводимая правительством система мер, действий в области управления экономикой, придания определенной направленности экономическим процессам в соответствии с целями, задачами, интересами государства.

    (Wirtschafts или Volkswirtschaftspolitik) - охватывает несколько более или менее тесно связанных между собой подотделов, а именно:

    1) торговую и таможенную политику,

    2) промышленную политику

    3) социальную политику

    4) аграрную политику

    5) банковую и биржевую политику

    6) транспортную политику (в самом широком смысле этого слова, т. е. железные дороги, каналы, шоссейные дороги, почту, телеграф и т. д.)

    7) политику в области вопросов населения

    8) политику в области лесоводства

    9) колониальную политику

    10) политику в области рыбных промыслов.

    К экономической политике, принимая этот термин в самом широком смысле, может быть, затем, отнесена и финансовая политика. Из вышеприведенного перечня предметов, входящих в экономическую политику, видно, что задачей науки "экономической политики" является систематизация добытых теорией законов, закономерностей и наблюдений в целях их практического регулирования различных проявлений экономической и социальной жизни общества и государства. Исследование новейшей истории экономической политики показывает, что важнейшими руководящими принципами ее являются все в большей степени: 1) снабжение человечества наибольшим количеством продуктов при наименьшей издержке труда и 2) стремление сгладить неравенство в области распределения. Сообразно с ее задачей экономическая политика нередко называется на Западе прикладной политической экономией (angewandte National? konomie, или angewandte Volkswirtschaftslehre, или spezieller Theil der Wirtschaftswissensch aft).

    Сложная структура развитой рыночной экономики требует применения разнообразных инструментов и мер экономической политики. В зависимости от этапа развития страны и конкретной социально-экономической ситуации в соответствии с принятой экономической стратегией - на первый план выступают различные методы и формы экономической политики: бюджетно-финансовой, налоговой или кредитно-денежной.

    На современном этапе главной задачей экономической политики государства в индустриально развитых странах становится обеспечение конкурентных преимуществ национальной экономики на мировых рынках. Это доспреимущество-первых, путем создания наиболее благоприятных условий для предпринимательства, развития конкурентной рыночной среды. Во-вторых, путем поддержания конкурентоспособности в тех сферах, где эти преимущества по тем или иным причинам не могут быть реализованы при посредстве только механизма свободного рынка. Для выполнения этой задачи используется комплекс мер экономической политики: бюджетно-финансовой, кредитно-денежной, антимонопольной, научно-технической, инновационной, экологической и др.

    Реализация экономической стратегии развития Российской Федерации до 2010г. предполагает проведение экономической политики, направленной на модернизацию экономики и ее либерализацию. Этому призваны служить налоговая, инвестиционная, таможенная, внешнеэкономическая и другие формы экономической политики. Содержанием этих форм экономической политики станут меры по улучшению инвестиционного климата, усилению стимулирующей роли налогов, созданию конкурентной рыночной среды, развитию рынка акций.

    История экономической политики

    Меры для поднятия экономического благосостояния населения, регулирования его численности и т. д. применялись государственной властью уже на первых ступенях человеческой культуры. До конца ХVII в., однако, лишь в очень редких случаях эти мероприятия имели характер определенной, годной для непосредственного практического применения (т. е. не утопической) и притом научно обоснованной системы.

    Первой системой экономической политики, большинство положений которой было выработано чисто эмпирическим путем, является меркантилизм XVII и ХVIII стол., так как до тех пор, несмотря на применение разных мероприятий, научная систематизация в этой области почти совершенно отсутствовала. Исходя из точки зрения, что развитие промышленности вообще и крупного производства в частности, равно как развитие внешней торговли, являются основанием колониального, финансового и политического владычества нации, государственная власть стала пассивно и активно способствовать разрушению и без того быстро разлагавшегося средневекового экономического строя с его устаревшей цеховой организацией, крайне низкой эффективностью труда и т. д. С этой целью крупным бизнесменам и их рабочим государство предоставляло не только освобождение от тех или иных податей, право заниматься тем или иным ремеслом, не принадлежа к соответствующим цехам, и всякие другие привилегии, но и непосредственно крупные денежные субсидии, причем нередко брало на себя гарантии доходности предприятий при помощи создания высоких тарифных ставок, вывозных премий, крупной закупки предметов торговли для потребностей армии и флота и целого ряда других аналогичных мероприятий.

    Для правильной оценки этого учения необходимо иметь в виду, что отдельные представители меркантилизма далеко не всегда сходились во взглядах относительно степени полезности того или иного средства. В зависимости от положения финансов, временных политических осложнений, общего экономического и социального строя в данный исторический момент на первый план в отдельных государствах выступали различные мероприятия. Сущность всех этих нередко противоречивых друг другу стремлений меркантильного периода резюмируются Leser'ом в следующих 10-ти пунктах, в разной степени оправдываемых наукой.

    1) Чем больше количество денег, которым обладает страна, тем больше ее богатство.

    2) Источником обогащения, поскольку дело касается благородных металлов, является внешняя торговля.

    3) внешняя торговля доставляет стране наибольшие дохода в том случае, когда ввоз и вывоз находятся в руках своих же купцов и когда в них участвует собственный торговый флот.

    4) Богатство страны растет тем быстрее, чем больше товаров она сбывает за границу и чем меньше она их оттуда ввозит. Разница между стоимостью проданных за границу товаров и ценностью ввоза должна выплачиваться при помощи благородных металлов. Ввоз и вывоз являются ввиду этого как бы чашками весов, причем перевес того или другого решает вопрос в том смысле, будут ли в страну ввезены деньги (т. е. Страна сделается богаче) или вывезены оттуда (т. е. Страна обеднеет).

    5) Чем больше возможность применения труда, тем лучше положение населения.

    6) Чем больше население страны, тем больше ее экономическое процветание.

    7) При вывозе обработанных предметов торговли получаются большие наживы, чем при вывозе сырых продуктов.

    8) Наибольшие профита получаются из торговли со странами, по отношению к которым данное государство может использовать свое политическое владычество, или из торговли с колониями, которые можно держать в полной зависимости.

    9) Только планомерное вмешательство государства дает торговле такую форму, при которой она оказывается полезной для страны.

    10) Выгодное положение (Uebergewicht) в области торговых сношений усиливает политическое господство страны.

    Основным принципом экономической политики меркантилизма являлось, таким образом, представление, что государственное содействие развитию промышленности и внешней торговли должно крайне выгодно отразиться и на других классах населения. В основании такого воззрения лежали вполне правильные, в общем, наблюдения о громадном значении промышленности и торговли как важнейших факторов экономического прогресса. Области, в которых были сильно развиты промышленность и торговля, уже в ХVII и XVIII стол. давали государству гораздо большие доходы, нежели области, где главным занятием населения было земледелие.

    В земледельческой Бретании налогов в конце ХVIII стол. с головы населения взималось 12 ливров, а в частях Франции с сильно развитой промышленностью, например в Руане и Лионе - приблизительно 30 ливров. Кроме того, население было в промышленных частях страны значительно гуще. Так, например, в округах Валансьена и Лилля плотность населения достигала в 1700 г. на квадратную милю почти 1300 душ, тогда как в земледельческих округах она нередко была в 2 или 3 раза меньше. Не менее благоприятно развитие промышленности и торговли отразилось на государственном кредите.

    Адам Смит полагал, что тогдашний государственный долг Британии, равнявшийся, по его соодолгиям, к 1 января 1775 г. приблизительно 129,5 млн. фн. стерлингов, слишком велик. К 1 января 1798 г. государственный долг Великобритании достиг, однако, суммы в 46 8,5 млн. фунтов стерлингов. Эти громадные цифрдолгражали публицистов и политических деятелей Франции, экономическое положение которой не позволяло делать каких бы то ни было сравнений с Англией. "Франция, - писал, напр., Cr? tet, - не имеет не только займа, но даже и надежды раздобыть его". Британии предсказывалась неизбежная страшная катастрофа, тем более, что высокая задолженность исключала будто бы возможность дальнейших займов. 1 января 1817 г. государственный долг Великобритании равнялся, однако, уже 817 млн. фн. стерл. Появление могущественной крупной промышленности повело за собой, следовательно, неслыханное увеличение национального богатства.

    Ее быстрое развитие было, затем, причиной быстрого увеличения населения Британии в новейшее время. Прежде, пока земледелие являлось важнейшим занятием, население росло лишь крайне медленно, достигнув, например, для Великобритании и Валлиса в 1801 г., при производстве первой английской переписи, всего 9 млн. душ. В течение XIX в. под влиянием быстрого развития крупной промышленности население Британии и Валлиса возросло до 32 млн. душ, т. е. увеличилось в 3,5 раза.

    Отсюда увеличение доходов государства ввиду преобладания в финансовой системе новейшего времени косвенных налогов; отсюда и увеличение военных сил нации, т. е. ее политического престижа. Если, однако, взгляды меркантилистов на значение промышленности и торговли в общем и оправдываются не только исследованием фактического положения дел в их эпоху, но и результатами экономической эволюции новейшего времени, то практическое применение рекомендовавшихся ими для поднятия промышленности и торговли средств сопровождалось целым рядом нежелательных, отчасти устранимых, отчасти неизбежных последствий, вызванных, главным образом, двумя моментами.

    Первый из них - чрезмерное покровительство промышленности за счет крестьянства, именно крестьянства, а не земледельцев вообще, так как крупные землевладельцы нередко сами владели фабриками или заводами или продавали последним дрова, строевой лес и т. д., повышая таким образом доходность своих имений. Кроме того, запрет вывоза сырых продуктов, к которому нередко прибегал меркантилизм и который приносил земледельцам крупные убытки, не всегда распространялся и на крупных землевладельцев.

    Так, например, в XVI в. бранденбургский курфюрст, запретив вывоз зерновых продуктов крестьянам, разрешил его дворянам.

    Второй момент - воздействие в том же направлении технического переворота конца XVIII в., подорвавшего условия существования крайне многочисленного класса лиц, живших при помощи кустарных и цеховых промыслов. Особенно характерной чертой экономической политики меркантилизма является тяготение ее к применению вооруженной силы.

    Во всех тех случаях, когда какое-нибудь государство стремится ограничить ввоз при помощи крайне высоких пошлин или даже прямпошлинретов, стараясь в то же время искусственно форсировать свой собственный вывоз в чужие страны, мирное решение спорных вопросов делалось крайне затруднительным. История XVII, ХVIII и начала XIX стол. вполне подтверждает правильность этого взгляда: торговые конфликты, вызванные экономической политикой меркантилистов, были причиной целого ряда долго длившихся колониальных и всяких других войн.

    Вызванный этими войнами, как и столкновениями из-за других причин, чрезвычайно быстрый рост государственных затрат вообще и государственного долга в частности вместе с другими отмеченными выше моментами повели за собой почти во всех странах, в котдолгаприменялась меркантильная политика, наряду с нередко очень быстрым ростом национального богатства, обнищание большинства населения. Характерным является то обстоятельство, что, несмотря на усиленный протекционизм в области промышленности, внешняя торговля развивалась лишь крайне медленно. Вместимость судов, вышедших с грузами из английских портов, возросла, по Чальмерсу, всего с 286000 тонн в 1688 г. до 574000 тонн в 1760 г. и до 754000 тонн в 1780 г.

    Наоборот, в течение последних 60-ти лет XIX в. после постепенного вытеснения меркантилизма свободной торговлей внешняя торговля Великобритании чрезвычайно быстро возросла: вместимость вошедших в английские порты и вышедших оттуда судов увеличилась с приблизительно 9,4 млн. тонн в 1840 г. до 26 млн. тонн в 1861 г., 58,7 млн. тонн в 1880 г. и почти 100 млн. тонн в последние годы.

    Усиленное покровительство промышленности вообще и в особенности отраслей промышленности, работавших для вывоза, в ущерб другим классам населения вызвало страстные нападки на меркантилизм со стороны земледельческого класса. В наиболее яркой форме недовольство это проявилось в учении физиократов, старавшихся доказать, что центром тяжести народного хозяйства является не промышленность, а земледелие. Исходя из этой точки зрения, физиократы требовали от государственной власти большего внимания к земледелию.

    Относительно промышленности они пришли почти к тем же выводам, как и классическая школа политической экономии в Британии, находившая, что проведение принципов свободы промыслов и свободы торговли поведет за собой более быстрый расцвет этих отраслей народного труда, нежели выродившаяся в узкобюрократическую опеку система меркантилитетов.

    Сходясь в своих постулатах относительно отмены законов, ограничивавших свободу промыслов и свободу торговли, физиократы и сторонники свободной торговли значительно расходились в обосновании своих требований: первые ставили задачей улучшение положения земледельческого класса, а последние исходили из желания дать толчок дальнейшему развитию промышленности. Обе школы старались доказать, что интересы промышленности и земледелия в общем солидарны. Полного практического применения учение физиократов не получило ни в одном государстве. Его последователь Тюрго был министром недолго, и его инновации в духе физиократизма были большей частью скоро отменены.

    Значительно больший практический успех, нежели физиократы, имела школа сторонников свободной торговли, нашедшая ряд гениальных сторонников в среде классиков политической экономии, угадавших лучше, чем физиократы, тенденции будущей эволюции экономического строя. Под влиянием их блестящей аргументации, основанной на глубоком понимании интересов стремившейся тогда к достижению могущества крупной буржуазии Великобритании, взгляды меркантилизма относительно значения так называемого "выгодного" торгового баланса и возможности создать путем законодательства такие отрасли промышленности, для развития которых не имелось никаких данных, - стали терять мало-помалу свое прежнее обаяние.

    В половине XIX в. Британия осуществила, наконец, идеи сторонников свободной торговли. В результате получилось увеличение народного богатства страны с 4 миллиардов фнт. стерл. в 1845 г. до 10 миллиардов фнт. стерл. в конце 80-х гг. XIX в. при увеличении населения всего с 28 на 37 млн.

    На голову населения Объединенного Королевства Великобритании (Великобритания, Шотландия и Ирландия) в половине 40-х гг. приходилось всего 143 фнт. стерл. против 270 фнт. стерл. в конце 80-х годов. Само собой разумеется, что последние цифры не могут служить доказательством того, что увеличение народного богатства отразилось одинаково выгодно на всех классах населения. Рост национального богатства увеличивает, тем не менее, шансы низших классов на улучшение своего положения, являясь основанием их будущего прогресса. Исторические исследования о положении рабочего класса в Британии вполне подтверждают эти теоретические рассуждения.

    Последний конгресс промысловых союзов высказался, напримерль6, почти единогласно против Чемберлена. В противовес меркантилистам и физиократам, из которых первые придавали преувеличенное значение благородным металлам, а вторые - земледелию, сторонники свободной торговли ставили на первое место, как источник национального богатства, труд.

    Капитал и земля, по их мнению, - лишь побочные факторы или средства применения труда. Они требовали полной свободы для применения труда, так как производительность его должна быть тем больше, чем легче будет каждому применять свои способности и силы на избранном им самим поприще. Задачи государства в области экономической жизни страны, столь сложные при применении политики меркантилизма, крайне упрощались введением свободной торговли, так как отныне на обязанности государственной власти лежали, кроме охранения внешней безопасности страны, лишь заботы о правильном отправлении правосудия, об улучшении народного образования и, наконец, попечения о создании таких предприятий, правильного функционирования которых (почта, телеграф и т. д.) частные лица не всегда в состоянии достигнуть. Это ограничение вмешательства государственной власти в сферу экономических отношений оказало вредное влияние постольку, поскольку могущество свободной конкуренции повело за собой усиленную эксплуатацию и угнетение экономически слабых сильными.

    В особенности печально оно отразилось на положении рабочего класса в переходную эпоху. Почти так же невыгодно, как и на положении рабочего класса, невмешательство государства в экономические отношения отразилось тогда же и в области железнодорожного дела, особенно в Великобритании, а затем и во Франции, где железнодорожные тарифы слишком высоки и тормозят развитие многих отраслей промышленности.

    В других отношениях сокращение вмешательства государственной власти в область экономических отношений имело, наоборот, крайне благодетельное влияние уже потому, что учение это ставило на первый план, по крайней мере в теории, не интересы отдельных групп и классов, а интересы всего народного хозяйства. При его владычестве каждая страна вследствие отсутствия всегда более или менее одностороннего Протекционизма (не все группы и классы в состоянии оказывать на правительство одинаковое давление) должна развить именно те отрасли промышленности, для процветания которых в ней имеются наилучшие условия. Кроме Британии, система классической школы полного применения до сих пор, однако, еще нигде не получила. Как в свое время и в Великобритании, жизнь шла путем компромиссов, выразившихся в соглашениях между сторонниками усиленного промышленного покровительства и аграриями.

    В Британии такие компсоглашенияхи заключены уже в XVII в. Этому и следует приписать, главным образом, то обстоятельство, что, несмотря на недовольство меркантилизмом, которое давно уже проникло в широкие слои общества, старая система экономической политики продержалась там до половины XIX в. Впоследствии такие же компромиссы были заключены во Франции, Республики Германии, Австрии и других государствах, причем многим теоретикам промышленной и аграрной политических партий, участвующих в этих компромиссах, с полным правом может быть дано имя неомеркантилистов и неофизиократов.

    Неомеркантилисты ссылаются при этом, хотя и не всегда правильно, главным образом на учение Фридриха Листа, доказывавшего, между прочим, что важнейшей задачей государственной власти должно быть создание и пробуждение в стране наибольшего количества продуктивных сил. При неравномерности экономического развития различных государств страны, стоящие на более высокой ступени, затрудняют развитие продуктивных сил в более отсталых государствах. Ввиду этого Листом требовалось создание в различных сферах экономической жизни правительственного Протекционизма, имеющего чисто воспитательный характер, т. е. умеренного покровительства, при могуществе которого промышленники не могли бы дремать, а наоборот, всегда должны были бы напрягать все свои силы, чтобы успешно бороться с иностранной конкуренцией. Самый термин "воспитательное покровительство" показывает с достаточной ясностью, что Лист считал применение его полезным лишь в виде временной меры, идеалом же экономической политики для высокоразвитых промышленных государств и им считалась свободная торговля. Одним из краеугольных пунктов экономической политики как Франции, так и Федеративной Республики Германии является в настоящее время вопрос об уничтожении хлебных пошлин.

    Наиболее пошлин противники последних - Молинари, Брентано, Дитцель, Гелферих - высказываются за свободную торговлю, оперируя при помощи аргументов, игравших такую крупную роль в Великобритании в половине XIX в. Как во Франции, так и в Федеративной Республики Германии (ФРГ) высказывается опасение, что иностранные государства могут в один прекрасный день отказаться от покупки чужих товаров и в то же время от снабжения Франции и Республики Германии хлебом и иными жизненными продуктами. Аналогичные соображения в свое время играли крупную роль и в Британии, дальнейшее развитие которой совершенно их опровергло. Еще в начале 70-х годов в Объединенном Королевстве Великобритании производство превосходило ввоз; с тех пор роль первого постоянно падала, так что в настоящий момент собственное производство может удовлетворить только потребностям? н аселения Великобритании.

    Такое же сходство аргументации проявляется и в современной полемике французских и немецких аграриев относительно значения земледельческого и промышленного населения для прогресса государства. Взгляды Spackmann'a, писавшего в половине XIX в. относительно Британии, что "земледельческое население уплачивает? всех налогов, кормит бедняков, поддерживает церковь, служит опорой престолу, повторяются в настоящее время почти дословно наиболее рьяными теоретиками из среды германских и французских аграриев, доказывающими, что уничтожение зависимости от иностранных государств является непременным условием существования нации.

    Мы должны, - говорят они, - добывать сами необходимые для существования нашего населения хлеб и иные жизненные продукты, отказавшись вовремя от вывоза промышленных предметов торговли, так как он все равно скоро сделается невозможным ввиду быстрого развития промышленности в других государствах. Каждая страна должна ограничить свое производство размерами сбыта на внутренних рынках, сократив до минимума сношения с другими странами. В числе сторонников этой доктрины можно найти таких выдающихся ученых, как Шмоллер и Вагнер. В ее основе лежит предположение, будто три мировые державы - Британия, Соединенные Штаты и Россия - собираются закрыть свои границы для иностранного ввоза, так как они в состоянии удовлетворить в своих собственных границах все свои экономические потребности благодаря своему громадному протяжению, богатству минералов и разнообразию климата. В противовес вышеуказанным экономистам, выставляющим теорию вероятного обособления наций, Дитцель утверждает, что господствующей тенденцией в ближайшие десятилетия будет во всех культурных странах стремление к дальнейшему развитию обмена между отдельными государствами.

    Для доказательства правильности своего взгляда Дитцель подробно рассматривает экономическу историю и новейшие тенденции хозяйственной эволюции вышеназванных трех мировых держав, констатируя, что из всего экспортирования Великобритании на долю колоний приходится всего 1/3, из импорта - всего 1/4. Таким образом, взгляд, будто Великобритания может легко обособиться от других культурных государств, является крупным абсурдом, что прекрасно сознается всеми выдающимися государственными людьми Британии и даже Чемберленом, нисколько не мечтающим о "splendid isolation" в экономическом отношении. Создавшие эту теорию германские экономисты забывают о существовании громадной разницы в экономических и финансовых интересах метрополии и колоний.

    Некоторые колонии, в которых уже теперь значительно развита промышленность, навряд ли согласились бы впускать беспошлинно продукты английской промышленности, тем более что уничтожение пошлин на ввоз английских продуктов должно повлечь за спошлинрупные дефициты в их бюджетах. Не меньшим преувеличением является миф о близко предстоящем создании "Панамерики". Лучшими и притом преобладающими рынками для большинства южно-американских республик являются не Соединенные Штаты, а Британия, Республика Германия, Бельгия, Франция и т. д.

    Неудивительно поэтому, что южно-американские государства пока не только не чувствуют ни малейшего желания соединиться с Соединенными Штатами в один таможенный союз, но даже стремятся создать союз южно-американских государств, чтобы избавиться от возможных притеснений со стороны Соединенных Штатов. В том же направлении, т. е. против обособления, действует и экономическое развитие Соединенных Штатов. Появление там многих отраслей промышленности, работающих в значительной степени для экспортирования, должна повести к понижению таможенных налогов, так как ни одно крупное государство не согласитаможенных налоговь американские товары, не имея возможности из-за высоких пошлин сбывать в Америке спошлинделия. Деятельность американских объединений предприятий, пользовавшихся да и теперь еще пользующихся высоким покровительством для эксплуатации потребителей, также в значительной степени способствует понижению таможенных тарифов, т. е. экономическому сближению, а не обособлению.

    Крайне характерен в данном отношении высказанный одним из отцов современного американского покровительства - Мак-Кинлеем, незадолго до его смерти - взгляд, что эпоха высокого покровительства для Соединенных Штатов миновала. Что касается третьей мировой державы, Российской Федерации, то и здесь можно констатировать крупное расширение внешней торговли и те же тенденции к сближению, как и в Великобритании и в Соединенных Штатах.

    Отмеченная Дитцелем крупная ошибка сторонников доктрины обособления заключается в том, что, толкуя постоянно об увеличении конкуренции среди промышленных стран, они упускают из виду, что не меньшая конкуренция существует и среди стран, вывозящих хлеб и другие земледельческие продукты. Для доставления рынков своему земледелию этим странам поневоле придется сделать уступки в области ввоза продуктов промышленности по отношению к тем странам, которые согласятся пойти на уступки по отношению к продуктам земледелия. Официальные сообщения органов русского мин фина по поводу германского таможенного законопроекта показывают с достаточной ясностью, что Россия не только не думает об обособлении, а даже, наоборот, готова идти на дальнейшие уступки, поскольку Федеративная Республика Германия и другие государства окажутся склонными к таковым. В том же духе высказался и бывший министр финансов С. Ю. Витте на последнем конгрессе железозаводчиков (весной 1903 г.).

    Таким образом, как диагноз, так и прогноз, составленные неомеркантилистами, не только необоснованны, но положительно неверны. Вполне правы те экономисты, по мнению которых, если дальнейшему развитию международной торговли и угрожает опасность, то не со стороны Британии, Соединенных Штатов и Российской Федерации, а, скорее, со стороны аграриев и их союзников в среде крупной промышленности Федеративной Республики Германии, Австрии, Франции, Италии.

    Не следует забывать, что высокое таможенное покровительство далеко не всегда выгодно отражается на рабочих. Не говоря уже о тяжелом бремени, ложащемся на последних в тех случаях, когда высокое покровительство на предмета торговли промышленности покупается ценой компромиссов с аграриями, т. е. посредством установления высоких пошлин на продукты первой необходимости, усиленный протекционизм пошлинется вредно на рабочих и во многих других отношениях, например, в тех случаях, когда он обусловливает собой возникновение обширной отрасли промышленности, для процветания которой в данной стране не имеется достаточно выгодных условий: рабочие этой отрасли производства осуждены на жалкое прозябание, даже пока высокие пошлины остаются в силе, при уничтожении же их или сильном понижепошлиныожение рабочих может сделаться положительно бедственным. Другим печальным результатом усиленного покровительства может быть отвлечение капиталов от тех отраслей промышленности, условия которых в данной стране особенно благоприятствуют дальнейшему развитию. Усиленный протекционизм легко может, затем, повлечь за собой таможенные войны с другими государствами, результатом чего может оказаться потеря прежних рынков сбыта.

    В этом отношении новейшая история экономической политики показывает, впрочем, крупный прогресс, так как во всех культурных странах государственной властью уделяется теперь все больше и больше внимания стремлению сгладить неравенство в области распределения. Сюда относятся многочисленные мероприятия с целью улучшения условий применения труда (страхование от увечий, болезней, старости, безработицы и т. д.). Защита национального труда теряет, таким образом, свою прежнюю односторонность, выдвигая на первый план, вместо безжизненного товара, носителя труда - рабочего. Сравнительное пренебрежение, оказывавшееся до новейшего времени рабочему, было, впрочем, вполне нормальным результатом господствующего порядка вещей.

    Экономическая политика является отражением интересов господствующего класса или группы или результатом компромиссов между их интересами, если таких классов или групп имеется несколько. Пока рабочий класс не становится крупной политической силой, с которой приходится считаться другим классам, до тех пор его интересы остаются на заднем плане. Отсутствием сильной его компании объясняется, главным образом, то обстоятельство, что во многих странах - Франции, Италии и др. - наряду с непомерно высоким Протекционизмом безжизненному продукту не удалось создать сносного рабочего законодательства.

    В новейшее время важнейшими задачами экономической политики почти во всех культурных странах являются, наряду с улучшениями фабричного законодательства, страхование рабочих и рабочих союзов, ограничение эксплуатации труда в кустарной промышленности, регулирование биржевого законодательства о срочных сделках, расширение области действия интернациональных почтовых, железнодорожных и телеграфных конвенций, расширение сношений в области обратного вывоза ввезенных для дальнейшей обработки предметов торговли, удешевление мелкого ссуды для промышленников и земледельцев, регулирование внутренних переселений и экономических отношений метрополий к колониям, улучшение жилищных условий низших классов в городах, промышленных центрах и деревнях, создание законодательства о синдикатах и объединениях предприятий в целях ограничения злоупотреблений их монопольным положением, создание интернациональных конвенций с целью ограничения злоупотреблений вывозными премиями (Брюссельская конвенция о сахаре).

    Громадную роль в последнем отношении играют премии, уплачиваемые различным синдикатам при вывозе их предметов торговли на иностранные рынки. Основанием для этого служат обыкновенно слишком высокие пошлины, затрудняющие ввоз и дающие синдикатам возможность продавпошлиныи предмета торговли внутри страны по крайне высоким ценам. Пользуясь этим, они нередко стараются создать внутри страны искусственное уменьшение предложения, сбывая часть предметов торговли в чужие страны по крайне низким ценам. Результатом этого может оказаться, в особенности для отсталых в экономическом отношении стран, необходимость повышения своих таможенных сборов. Происходящие отсюда затруднения сбыта на иносттаможенных сборов некартелированных или слабо картелированных отраслей промышленности усугубляются тем, что уплачиваются вывозные премии чаще всего по отношению к сырым продуктам или полуфабрикатам. Получая эти сырые продукты или полуфабрикаты по чрезвычайно низкой цене, иностранные фабриканты могут, таким образом, оказывать сильную конкуренцию именно тем отраслям промышленности, в которых требуется усиленное применение квалифицированного труда и в которых занято поэтому наибольшее число рабочих рук.

    Какие громадные опасности угрожают всей экономической жизни государства от злоупотреблений в этой области, видно с достаточной ясностью из новейшей истории Федеративной Республики Германии (ФРГ), в которой вышеназванная тактика картелей давно уже применяется в очень широких размерах. Несмотря на наступление кризиса уже со второй половины 1900 г., картели угольных копей и заводов, вырабатывающих железо, держали при помощи сильного сокращения производства и сравнительно высоких пошлин цены поставляемых ими продуктов на такой высоте, что как мпошлинтроительные, так и всякие иные фабрики, обрабатывающие железо и потребляющие большое количество угля, должны были значительно сократить или даже нередко совсем прекратить свое производство. Как бесцеремонно действовали при этом синдикаты угольных копей и чугунолитейных заводов, видно из следующих сообщений Куно. Уровень цен на уголь оставался, по сообщениям специального органа этих отраслей промышленности "Stahl und Eisen", тем же, как в апреле 1900 г., в январе 1901 и 1902 г., несмотря на наступивший тяжелый кризис: цена его равнялась без изменений 10 маркам 75 пфеннигам. Наоборот, в начале девятидесятых годов, после наступления кризиса, ввиду сравнительной слабости тогдашних картелей цена того же сорта угля понизилась с 13,5 марок в апреле 1890 г. до 7,75 марок в январе 1891 г. и до 7,50 марок в январе 1892 г.

    Приблизительно то же самое наблюдалось в области чугунолитейного дела. Какое влияние может иметь такая политика на общее экономическое положение государства и в частности на положение финансов, видно из того факта, что в Республики Германии в 1895 г. при выделке чугуна находило себе занятие около 25000 чел., между тем как на фабриках, занятых выделкой машин и всяких иных товаров из железа, работало свыше миллиона рабочих. За последние годы это отношение сделалось еще менее выгодным для чугуноплавильных заводов: по данным Кестнера - отношение занятых в них лиц к числу рабочих на фабриках, обрабатывающих железо, понизилось почти на 50 %. Крупные дохода, получаемые владельцами нескольких десятков чугуноплавильных заводов, на которых работало около 2 % всех занятых в железной промышленности Федеративной Республики Германии лиц, давали, следовательно, в виде непосредственного результата крупное понижение доходов многих тысяч предприятий и сотен тысяч рабочих, что в свою очередь должно было отразиться не только на положении других отраслей промышленности, но и на финансовом положении государства: сократились поступления подоходного налога, всякого рода акцизных налогов и косвенных налогов.

    Государство притом обязано заботиться о поддержании Standard of life своего населения даже в том случае, если бы финансовые интересы казны не были непосредственно затронуты тактикой картелей, так как в конце концов долговременное удовлетворительное положение финансов возможно только, если растет его основа - благополучие населения. Каких размеров достигла в настоящее время эта противоречащая основным интересам страны практика картелей в Федеративной Республики Германии (ФРГ), видно из все чаще встречающихся жалоб на то обстоятельство, что некоторые синдикаты продают свои предмета торговли за границу по столь низким ценам, что иностранные покупатели находят возможным с доходом для себя ввозить эти сырые продукты и полуфабрикаты обратно в Германию, уплачивая не только ввозную пошлину, но и двойные фрахты. Способом к устранению таких злоупотреблений является, наряду с общим понижением пошлин, создание интернациональных конвенций вроде последней Брюссельской конвенции о сахаре.

    Одним из важнейших приобретений науки экономической политики новейшего времени является постепенное распространение в широких слоях общества сознания об относительности пользы применения той или иной системы в зависимости от уровня экономического развития страны. Практика, однако, пока еще далеко не всегда следует тем правилам, которые выработаны в этом отношении теорией, указывающей, что одна и та же цель может быть - даже при одних и тех же внешних условиях - достигнута с таким же успехом как при помощи свободной торговли, так и при помощи высокого или умеренного покровительства. Ошибки, сделанные в этом отношении многими государствами, придававшими слишком большое значение той или иной системе, нередко приводили к целому ряду крайне тяжелых экономических потрясений и повторяются под влиянием эгоистически пользующихся своей силой групп и в настоящее время. Особенно резко это сказывается в области сохранения слишком высоких таможенных тарифов и борьбы против улучшения рабочего законодательства. Очень печально отзывается нередко на экономической политике внесение в нее посторонних ей элементов. Так, например, тарифная реформа, проведенная в 1879 г. в Республики Германии и давшая сильный толчок развитию стремлений к высокому покровительству в других государствах, была вызвана в значительной степени политическими замыслами Бисмарка. Нуждаясь в увеличении государственных доходов для повышения контингента армии, Бисмарк ввиду невозможности проведения табачной монополиста и некоторых других финансовых реформ решил прибегнуть к повышению тарифных ставок в надежде повысить при помощи этой меры государственные доходы двояким образом: во-первых, при помощи увеличения таможенных доходов вследствие обложения пошлиной продуктов первой необходимости и, во-вторых, при помощи политики dпошлиной, на основании которой заинтересованные в повышении той или иной пошлины депутаты рейхстага обещали ему свою поддержку при проведении тех илпошлиныфинансовых мероприятий в случае получения желательных им тарифных ставок. Под влиянием этой политики Бисмарка некоторые заседания тогдашнего рейхстага походили, по свидетельству многих современников, на биржевые собрания: депутаты без всякой церемонии громко торговались друг с другом из-за той или иной ставки тарифа. Созданный на основании таких компромиссов таможенный тариф не был выразителем. потребностей народного хозяйства и крайне вредно отозвался на тех классах и группах населения, которые были наименее организованы и не пользовались поэтому достаточным влиянием на правительство.

    Столь же невыгодное влияние политических моментов наблюдается в настоящее время в Федеративной Республики Германии и на других поприщах. Так, например, вопрос о проведении реформы железнодорожных тарифов как для пассажирского, так и для грузового движения, давно стоящий на очереди, не может быть решен ввиду сопротивления аграриев, грозящих правительству обструкцией в вопросах усиления армии и флота, если оно осмелится провести эти реформы. Целый ряд таких же печальных явлений может быть констатирован и в истории других государств. Идеалом экономической политики является такое решение экономических вопросов, при котором на первом плане стоят прочные и существенные экономические интересы нации, а отнюдь не изменчивые соображения чисто политического или иного характера. Сообразно с этим всяким изменениям в направлении экономической политики следует предпосылать целый ряд строго научных исследований и анкет, при проведении которых сторонникам всех политических партий и направлений должна быть дана возможность свободно высказаться. Несоблюдение этого правила, открывающее широкий простор для всякого рода злоупотреблений, и теперь еще слишком распространено. Характерным моментом новейшей истории является тот факт, что значение экономической политики повсюду быстро выдвигается на первый план, придавая нередко окраску даже политическим союзам, тогда как в предыдущие исторические эпохи на первом плане в большинстве случаев стояли политические соображения.

    Проявляющееся очень часто за последние годы как в Федеративной Республики Германии (ФРГ), так и в других странах стремление разграничить несколько строже область политической экономии от области экономической политики нельзя назвать новым явлением: такие попытки делались нередко уже немецкими камералистами XVIII в. в противоположность физиократам и классикам политической экономии, в трудах которых проблемы, принадлежавшие к той и другой области, постоянно смешивались. Особенно ярко необходимость такого разграничения проповедовалась Соденом, предлагавшим (в начале XIX стол.) для политической экономии название National ekonomie, a для экономической политики - название Staatswirtschaft. Как и большинство позднейших исследователей, Соден имел при этом в виду, главным образом, отношение между государственной властью и частными хозяйствами, тогда как в новейшее время все больше и больше оттеняется необходимость включения в экономическую политику проблем, относящихся к рабочим союзам, картелям (трестам), их взаимным отношениям и т. п. Предлагавшееся нередко в новейшее время разделение, в силу которого изучение действительности (was ist) следует предоставить политической экономии, а изучение того, что должно быть (was sein soll), - экономической политике, соответствует, в общем, духу обеих отраслей науки народного хозяйства, но проведение такого разделения на практике чрезвычайно затруднительно: всякий исследователь невольно вносит в свои исследования как действительности, так и тенденций будущей эволюции много субъективных начал, являющихся отражением воздействия на него желаний и интересов общественных групп или классов, к которым он принадлежит по своему социальному положению, воспитанию и т. п.

    Невозможностью полной абстракции объясняется и то обстоятельство, что одни и те же явления экономической жизни служат нередко основанием для совершенно различных, а иногда и прямо противоположных требований в области экономической политики.

    Новая экономическая политика

    Новая экономическая политика(нэп) проводилась КПСС и Советским государством в переходный от капитализма к социализму период; названа новой, в отличие от экономической политики периода классовой борьбы 1918—20. Начала осуществляться в 1921 по решению Десятого съезда РКП(б), завершилась во 2-й половине 30-х гг. победой социализма в СССР. Сущностью нэпа было укрепление союза рабочего класса с крестьянством на экономической основе, установление связи социалистической промышленности с мелкотоварным крестьянским хозяйством путём широкого использования товарно-денежных отношений, вовлечение крестьян в социалистическое строительство,«...максимальный подъем производительных сил и улучшение положения рабочих и крестьян...» (Ленин В. И., Полное собрание сочинений, 5 изд., т. 43, с. 398). НЭП допускал некоторое развитие капиталистических элементов при сохранении командных высот народного хозяйства в руках государства диктатуры пролетариата; обеспечивал подъём производительных сил на базе роста социалистических и вытеснения капиталистических элементов, преобразование многоукладной экономики в единую социалистическую на основе индустриализации страны и кооперирования сельского хозяйства.

    Основы экономической политики переходного периода были разработаны В. И. Лениным ещё весной 1918. Условия классовой борьбы и хозяйственной разрухи вынудили Советское государство проводить политику «военного коммунизма», ставшую необходимым условием победы в классовой борьбе. Нарушение в этот период экономических связей промышленности с сельское хозяйством через торговлю, сокращение товарооборота подрывали материальные стимулы развития крестьянского хозяйства. Упадок сельского хозяйства затруднял и восстановление промышленности. Крестьянство в целом понимало необходимость политики «военного коммунизма» в период классовой борьбы, но в условиях её завершения продразвёрстка и отсутствие свободной торговли вызывали его недовольство, чем воспользовались антисов. элементы, спровоцировавшие мелкую буржуазию, в том числе и крестьян, на контрреволюционные выступления. Создалась угроза подрыва союза рабочего класса и крестьянства.

    Военно-политическая форма союза рабочих и крестьян исчерпала себя, перед политической партией встала задача укрепить этот союз на экономической основе. Научное обоснование нэпа было дано в 1921—22 Лениным в докладах и выступлениях на 10-м и 11-м съездах политической партии, 10-й партийной конференции, 3-м и 4-м конгрессах Коминтерна, 9-м съезде Советов, во многих работах тех лет («О продовольственном налоге», «О значении золота теперь и после полной победы социализма» и др.).

    В них Ленин развил учение о закономерностях развития экономики переходного периода, путях и методах преодоления её многоукладности. НЭП в ленинском понимании означал использование в интересах строительства социализма товарного производства, товарно-денежных отношений и экономических методов хозяйственного руководства, хозрасчёта и материального стимулирования. Ленин доказал, что торговля — единственно возможная форма связи социалистической промышленности с мелкобуржуазным крестянским хозяйством. Разрабатывая проблемы нэпа, Ленин подчёркивал решающее значение индустриализации на основе электрификации страны для победы социализма. Он напоминал о единстве основные цели нэпа и плана ГОЭЛРО: «...Новая экономическая политика не меняет единого государственного хозяйственного плана и не выходит из его рамок, а меняет подход к его осуществлению» (там же, т. 54, с. 101). Этот новый подход заключался в изменении последовательности решения задач построения фундамента социалистической экономики: сначала оживить сельское хозяйство и мелкую промышленность; затем восстановить и развить крупную промышленность; подготовить и осуществить социалистическое переустройство сельского хозяйства; создать материально-технических базу социализма.

    В январе — феврале 1921 ЦК РКП(б), Ленин разработали основные вопросы перехода к нэпу. На основе решения 10-го съезда политической партии ВЦИК утвердил 21 марта 1921 декрет о замене продразвёрстки натуральным налогом. СНК РСФСР установил продналог по зерновым культурам на 1921/22 не свыше 240 млн. пудов (по развёрстке 1920/21 намечалось собрать 423 млн.) и декретом от 28 марта разрешил обмен, покупку и продажу с.-х. продуктов в губерниях, выполнивших продразвёрстку 1920—21. На Украине продналог был введён в марте 1921, в Белоруссии — в апреле, в Армении — в июне, в Грузии — в июле; Азербайджан в связи с экономическими трудностями был освобожден от налога на весь 1921.

    Замена развёрстки продналогом явилась решающим мероприятием при переходе к нэпу, но не исчерпывала его существа. Она выражала принципиально новую хозяйственную политику политической партии, политику, призванную решить не только непосредственные задачи восстановления народные хозяйства, но и стать инструментом построения социализма. Введение продналога дало возможность крестьянству реализовать излишки своего производства, что стимулировало развитие сельского хозяйства. С целью оживления товарооборота и удовлетворения потребности населения в промышленным товарах декретом 17 мая 1921 была частично денационализирована мелкая промышленность и сохранены в частной собственности предприятия, которые не были ещё фактически национализированы; декретом от 24 мая 1921 допускалась частная торговля.

    В соответствии с решениями 10-го съезда политической партии началась компания торговли в пределах местного хозяйственного оборота и налаживание прямого товарообмена между промышленностью и крестьянским хозяйством через кооперацию. Предполагалось, что товарообмен станет орудием борьбы со спекуляцией и ограничит посредничество частного капитала между социалистической промышленностью и крестьянским хозяйством.

    Государство передало кооперации специальный товарный фонд для обмена на хлеб. Но ограничиться развитием лишь местного оборота и удержаться в рамках товарообмена не удалось. Всё шире развивалась форма купли-продажи. С осени 1921 стали возрождаться крупные ярмарки, открылись торговые биржи. Были приняты решения об использовании государственного капитализма в виде концессий, ренты, смешанных обществ. Декрет СНК от 5 июля 1921 дал право ВСНХ сдавать мелкие промышленные предприятия в рентау государственным и кооперативным организациям, а также частным лицам. ВЦИК и СНК РСФСР 7 июля разрешили компанию частных предприятий с числом рабочих не более 20, позднее — и более крупных. Государство создало условия для развития кустарно-ремесленного производства. В области сельского хозяйства с целью расширения производства и увеличения товарности политика ограничения кулачества сочеталась с допущением ренты земли и использованием наёмного труда. 11 августа 1921 был опубликован «Наказ Совета Народных Комиссаров о проведении в жизнь начал новой экономической политики», в котором подробно излагались задачи ВСНХ, ВЦСПС и СТО по осуществлению нэпа.

    Разрешение свободной торговли в условиях мелкотоварного производства вызвало некоторое оживление в стране капиталистических элементов. Стала расти новая буржуазия, так называемые нэпманы — торговцы, арендаторы, скупщики, предприниматели, комиссионеры и пр. В 1926 их было, вместе с семьями, около 2,3 млн. чел. (1,6% населения СССР). Государство строго контролировало и регламентировало деятельность нэпманов, усиливало их налоговое обложение. Интересы трудящихся, работавших на частных предприятиях, защищались государством и профсоюзами.

    Условия нэпа потребовали перестройки управления народным хозяйством. В мае 1921 в составе ВСНХ были созданы 16 главных управлений по отраслям промышленности. Они руководили промышленными предприятиями через областные (губернские) совнархозы — местные органы ВСНХ. Для управления наиболее крупными предприятиями создавались объелдинение, которых в 1921—22 было образовано 430. Важнейшие из них (Югосталь, Донуголь, Азнефть и др.) подчинялись непосредственно ВСНХ. Государственная промышленность была переведена на хозяйственный расчёт, натуральная оплата за труд, существовавшая при «военном коммунизме», заменена денежной по количеству и качеству труда.

    Система государственных объединений и синдикатов тесно связала промышленные предприятия с рынком. Ленин поставил перед государственными и хозяйственными органами задачу экономического овладения рынком, укрепления государственной торговли и кооперации, урегулирования денежного обращения. В октябре 1921 был создан Госбанк, на который возлагалась задача государственного урегулирования денежного обращения. В конце 1922 были выпущены первые устойчивые денежные знаки в золотом исчислении — червонцы, что обеспечило твёрдый курс валют рубля на мировом рынке. После проведения денежной реформы 1922—24 натуральный налог в сельском хозяйстве был заменен денежным. Для фирмы дешёвого займа крестьянству в феврале 1924 был открыт Центральный сельско-хозяйственный банк.

    Допустив в определённых рамках развитие капитализма (это было временным отступлением в экономике от тех позиций, которые были заняты в период «военного коммунизма»), экономическое соревнование социалистических и капиталистических секторов по принципу «кто — кого», политическая партия и Советское правительство исходили из ленинского положения о возможности выиграть это соревнование, в результате которого «...из Российской Федерации нэповской будет Россия социалистическая» (там же, т. 45, с. 309).

    В 1922 в города и промышленные центры усилился приток сельско-хозяйственных продуктов и промышленного сырья, началось восстановление промышленных предприятий. Наряду с лёгкой промышленностью постепенно оживала и тяжёлая, 11-й съезд РКП(б) провозгласил отступление оконченным. В 1922—23 шла перегруппировка сил и подготовка наступления на капиталистические элементы. Укреплялось ведущее положение государственного сектора народного хозяйства в результате роста социалистической индустрии, государственной и кооперативной торговли. За 3 года (октябрь 1923 — октябрь 1926) доля государственно-кооперативного сектора в общем торговом обороте выросла с 44 до 76%, капиталистического сектора уменьшилась с 41 до 19%.

    Задачу экономического овладения рынком, поставленную Лениным, политическая партия выполнила. В промышленности роль частного капитала с самого начала нэпа была незначительной. В цензовой промышленности он составлял в 1925/26 только 4% по отношению ко всей валовой продукции и 2,6% к среднему числу рабочих во всей промышленности. В 1925 в СССР действовали 92 иностранные договора, из них 43 — в промышленности. На всех концессионных предприятиях работало 54 тыс. рабочих. В производстве промышленной продукции договоренности играли незначительную роль. Доля всей частной промышленности (включая нецензовую — мелкую и кустарную) достигала в 1924/25 24,2%; но значительная часть этой мелкой промышленности составляли кустари и ремесленники, не применявшие наёмного труда. Деревенская буржуазия в 1924/25 составляла 3,3% крестьянства; но в их хозяйствах работало более 2 млн. батраков. Социалистический сектор в промышленности в 1925 составлял 73,3%, в оптовой торговле 87,9%, в розничном товарообороте 55,9%; в 1927 доля социалистического сектора в промышленности достигла 86%, доля частника в розничном товарообороте снизилась до 35%, в оптовой торговле — до 5%.

    Строительство социализма в условиях нэпа сопровождалось борьбой политической партии против оппортунистических группировок, не понимавших объективных законов экономического развития пролетарского государства в переходный период и толкавших политическую партию на пересмотр ленинских принципов нэпа. «Левые» видели в нэпе капитуляцию перед капитализмом, отказ от коммунистической стратегии и тактики; «правые» предлагали допустить частный капитал и в крупную промышленность, разрешить куплю-продажу земли, широко привлечь иностранный капитал. Политическая партия доказала теоретическую и практическую несостоятельность (bankruptcy) как «левых», так и «правых» оппортунистов.

    Успешно проводя НЭП, политическая партия поставила очередными задачами индустриализацию страны [14-й съезд ВКП(б) в 1925] и кооперирование с.-х. мелкотоварного производства [15-й съезд ВКП(б) в 1927]. Успехи социалистической реконструкции народного хозяйства создали условия для ликвидации эксплуататорских классов в СССР. К 1928 доля социалистического сектора в валовой продукции промышленности составила 82,4%, в розничном товарообороте 76,4%. Начавшаяся в 1929 массовая коллективизация сельского хозяйства, сопровождавшаяся ликвидацией кулачества как класса, свидетельствовала об успешном решении вопроса «кто — кого» в пользу социализма. В результате политики ограничения и вытеснения частного капитала, административных мер борьбы с нарушениями нэпманами и кулаками социалистической законности в начале 30-х гг. эксплуататорские классы в СССР были окончательно ликвидированы. В экономике стали безраздельно господствовать социалистические производственные отношения. Многие важнейшие элементы научного руководства народным хозяйством, возникшие в период нэпа (использование экономических рычагов в народном хозяйстве, принцип материальной заинтересованности и др.), вошли составными частями в экономическую политику КПСС и Советского государства в условиях победившего социализма.

    Разработанные Лениным основные принципы нэпа и опыт КПСС в его проведении имеют международное значение. Экономическая политика диктатуры пролетариата, рассчитанная на использование товарного производства, рыночных связей для установления прочного экономического и политического союза рабочего класса с крестьянством, для вовлечения последнего в социалистическое строительство, для ликвидации многоукладной экономики и создания социалистической экономики, есть неизбежная и необходимая политика для каждой страны при переходе к социализму. Опыт СССР творчески используется другими социалистическими странами с учётом их исторических особенностей и конкретных условий.

    НЭП в сельском хозяйстве

    Из обращения ВЦИК и СНК «К крестьянству РСФСР» 23 марта 1921 года: " … Постановлением Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров разверстка отменяется, и вместо неё вводится налог на продукты сельского хозяйства. Этот налог должен быть меньше, чем хлебная разверстка. Он должен назначаться ещё до весеннего посева, чтобы каждый крестьянин мог заранее учесть, какую долю урожая он должен отдать государству и сколько останется в его полное распоряжение. Налог должен взиматься без круговой поруки, то есть должен падать на отдельного домохозяина, чтобы старательному и трудолюбивому хозяину не приходилось платить за неаккуратного односельчанина. По выполнении налога оставшиеся у крестьянина излишки поступают в его полное распоряжение. Он имеет право обменять их на продукты и инвентарь, которые будет доставлять в деревню государство из-за границы и со своих фабрик и заводов; он может использовать их для обмена на нужные ему продукты через кооперативы и на местных рынках и базарах…"

    Продналог был первоначально установлен на уровне примерно 20 % от чистого товара крестьянского труда (то есть для его уплаты требовалось сдать почти вдвое меньше хлеба, чем при продразвёрстке), причём впоследствии его намечалось снизить до 10 % урожая и перевести в денежную форму.

    30 октября 1922 вышел Земельный кодекс РСФСР, которым отменялся закон о социализации земли и объявлялась её национализация. При этом крестьяне вольны были сами выбирать форму землепользования — общинную, единоличную или коллективную. Также был отменён запрет на использование наёмных работников.

    Необходимо, однако, отметить тот факт, что зажиточные крестьяне облагались налогом по повышенным ставкам. Таким образом, с одной стороны, была предоставлена возможность улучшать благосостояние, но с другой, не было смысла слишком разворачивать хозяйство. Всё это вместе взятое привело к «осереднячиванию» деревни. Благосостояние крестьян в целом по сравнению с довоенным уровнем повысилось, число бедных и богатых уменьшилось, доля середняков возросла.

    Однако даже такая половинчатая реформа дала определённые результаты, и к 1926 году продовольственное снабжение значительно улучшилось.

    В общем, НЭП благотворно сказался на состоянии деревни. Во-первых, у крестьян появился стимул работать. Во-вторых (по сравнению с дореволюционным временем) у многих увеличился земельный надел — основное средство производства.

    Стране требовались деньги — на содержание армии, на восстановление промышленности, на поддержку мирового революционного движения. В стране, где 80 % населения составляло крестьянство, основная тяжесть налогового бремени легла именно на него. Но крестьянство было не настолько богатым, чтобы обеспечить все потребности государства, необходимые налоговые поступления. Повышенное налогообложение на особо зажиточных крестьян также не помогло, поэтому с середины 1920-х стали активно использоваться иные, неналоговые способы пополнения казны, такие, как принудительные кредиты и заниженные цены на зерно и завышенные цены на промышленные товары. Как следствие, промышленные товары, если рассчитать их стоимость в пудах пшеницы, оказались в несколько раз дороже, чем до войны, несмотря на менее высокое качество. Образовалось явление, которое с лёгкой руки Троцкого стали называть «ножницами цен».

    Крестьяне отреагировали просто — перестали продавать зерно свыше того, что им было нужно для уплаты налогов. Первый кризис сбыта промышленных товаров возник осенью 1923 года. Крестьяне нуждались в плугах и прочих промышленных изделиях, но отказывались покупать их по завышенным ценам. Следующий кризис возник в 1924-25 хозяйственном году (то есть осенью 1924 — весной 1925). Кризис получил название «заготовительного», поскольку заготовки составили лишь две трети ожидаемого уровня. Наконец, в 1927-28 хозяйственном году — новый кризис: не удалось собрать даже самого необходимого.

    Итак, к 1925 году стало ясно, что народное хозяйство пришло к противоречию: дальнейшему продвижению к рынку мешали политические и идеологические факторы, боязнь «перерождения» власти; возврату к военно-коммунистическому типу хозяйства мешали воспоминания о крестьянской войне 1920 года и массовом голоде, боязнь антисоветских выступлений. Всё это вело к разноголосице в политических оценках ситуации.

    Так, в 1925 году Бухарин призвал крестьян: «Обогащайтесь, накапливайте, развивайте свое хозяйство!», но уже через несколько недель на деле отказался от своих слов. Другие же, во главе с Е.А. Преображенским, требовали усиления борьбы с «кулаком» (забиравшим в свои руки, как они утверждали, не только экономическую, но и политическую власть в деревне), - не помышляя, однако, ни о "ликвидации кулачества как класса", ни о насильственной "сплошной коллективизации", ни о свертывании НЭПа (в отличие от Бухарина, который с 1930 г. занялся теоретическим обоснованием новой сталинской политики, а в 1937 г. в своем письме будущим руководителям политической партии клялся, что вот уже 8 лет не имеет никаких разногласий со Сталиным, Е.А. Преображенский осуждал сталинскую политику и на Лубянке в 1936 г.). Однако противоречия НЭПа усиливали антинэповские настроения низовой и средней части партийного руководства.

    НЭП в промышленности

    Из резолюции XII съезда РКП(б), апрель 1923 года: " Возрождение государственной промышленности при общей хозяйственной структуре нашей страны будет по необходимости находиться в теснейшей зависимости от развития сельского хозяйства, необходимые оборотные средства должны образоваться в сельском хозяйстве в качестве избытка сельскохозяйственных продуктов над потреблением деревни, прежде чем промышленность сможет сделать решительный шаг вперёд. Но столь же важно для государственной промышленности не отставать от земледелия, иначе на основе последнего создалась бы частная индустрия, которая, в конце концов, поглотила бы или рассосала государственную. Победоносной может оказаться только такая промышленность, которая даёт больше, чем поглощает. Промышленность, живущая за счёт бюджета, то есть за счёт сельского хозяйства, не могла бы создать устойчивой и длительной опоры для пролетарской диктатуры. Вопрос о создании в государственной промышленности прибавочной стоимости — есть вопрос о судьбе Советской власти, то есть о судьбе пролетариата."

    Радикальные преобразования произошли и в промышленности. Главки были упразднены, а вместо них созданы объелдинение — объединения предприятий однородных или взаимосвязанных между собой предприятий, получившие полную хозяйственную и финансовую независимость, вплоть до права денежной эмиссии долгосрочных облигационных займов. Уже к концу 1922 г. около 90% промышленных предприятий были объединены в 421 трест, причем 40% из них было централизованного, а 60% — местного подчинения. Объелдинение сами решали, что производить и где реализовывать продукцию. Предприятия, входившие в трест, снимались с государственного снабжения и переходили к закупкам ресурсов на рынке. Законом предусматривалось, что «государственная казна за долги объединений предприятий не отвечает».

    ВСНХ, потерявший право вмешательства в текущую деятельность предприятий и объединений, превратился в координационный центр. Его аппарат был резко сокращён. Именно в то время появился хозяйственный расчёт, при котором предприятие (после обязательных фиксированных взносов в госбюджет) имеет право само распоряжаться выгодами от продажи продукции, само отвечает за результаты своей хозяйственной деятелдолгии, самостоятельно использует прибыли и покрывает убытки. В условиях НЭПа, писал Ленин, «государственные предприятия переводятся на так называемый хозяйственный расчёт, то есть, по сути, в значительной степени на коммерческие и капиталистические начала».

    Не менее 20% прибыли объелдинение должны были направлять на формирование резервного капитала до достижения им величины, равной половине уставного капитала (вскоре этот норматив снизили до 10 % прибыли до тех пор, пока он не достигал трети первоначального капитала). А резервный капитал использовался для финансирования расширения производства и возмещения убытков хозяйственной деятельности. От размеров прибыли зависели премии, получаемые членами правления и рабочими треста.

    В декрете ВЦИК и Совнаркома от 1923 г. было записано следующее: " объелдинение — государственные промышленные предприятия, которым государство предоставляет самостоятельность в производстве своих операций, согласно утверждённому для каждого из них уставу, и которые действуют на началах коммерческого расчёта с целью извлечения прибыли."

    Стали возникать синдикаты — добровольные треста объединений предприятий на началах кооперации, занимавшиеся сбытом, снабжением, кредитованием, внешнеторговыми операциями. К концу 1922 г. 80% трестированной промышленности было синдицировано, а к началу 1928 г. насчитывалось 23 синдиката, которые действовали почти во всех отраслях промышленности, сосредоточив в своих руках основную часть оптовой торговли. Правление синдикатов избиралось на собрании представителей объединений, причём каждый трест мог передать по своему усмотрению большую или меньшую часть своего снабжения и сбыта в ведение синдиката.

    Реализация готовой продукции, закупка сырья, материалов, оборудования производилась на полноценном рынке, по каналам оптовой торговли. Возникла широкая сеть товарных бирж, ярмарок, торговых предприятий.

    В промышленности и других отраслях была восстановлена денежная оплата труда, введены тарифы, зарплаты, исключающие уравниловку, и сняты ограничения для увеличения заработков при росте выработки. Были ликвидированы трудовые армии, отменены обязательная трудовая повинность и основные ограничения на перемену работы. Фирма труда строилась на принципах материального стимулирования, пришедших на смену внеэкономическому принуждению «военного коммунизма». Абсолютная численность безработных, зарегистрированных биржами труда, в период НЭПа возросла (с 1,2 млн человек в начале 1924 г. до 1,7 млн человек в начале 1929 г.), но расширение рынка труда было ещё более значительным (численность рабочих и служащих во всех отраслях народного хозяйства увеличилась с 5,8 млн в 1924 г. до 12,4 млн в 1929 г.), так что фактически уровень безработицы снизился.

    В промышленности и торговле возник частный сектор: некоторые государственные предприятия были денационализированы, другие — сданы в рентау; было разрешено создание собственных промышленных предприятий частным лицам с числом занятых не более 20 человек (позднее этот «потолок» был поднят). Среди арендованных «частниками» фабрик были и такие, которые насчитывали 200—300 человек, а в целом на долю частного сектора в период НЭПа приходилось около пятой части промышленной продукции, 40—80% розничной торговли и небольшая часть оптовой торговли.

    Ряд предприятий был сдан в рентау иностранным фирмам в форме концессий. В 1926—27 гг. насчитывалось 117 действующих уровень безработицыода. Они охватывали предприятия, на которых работали 18 тыс. человек и выпускалось чуть более 1% промышленной продукции. В некоторых отраслях, однако, удельный вес концессионных предприятий и смешанных акционерных обществ, в которых иностранцы владели частью пая, был значителен: в добыче свинца и серебра — 60%; марганцевой руды — 85%; золота — 30%; в производстве одежды и предметов туалета — 22%.

    Помимо капиталов в СССР направлялся поток рабочихсоглашенийов со всего мира. В 1922 г. американским профсоюзом швейников и советским правительством была создана Русско-американская индустриальная корпорация (РАИК), которой были переданы шесть текстильных и швейных фабрик в Петрограде, четыре — в Москве.

    Бурно развивалась кооперация всех форм и видов. Роль производственных кооперативов в сельском хозяйстве была незначительна (в 1927 г. они давали только 2 % всей сельскохозяйственной продукции и 7% товарной продукции), зато простейшими первичными формами — сбытовой, снабженческой и кредитной кооперации — было охвачено к концу 1920-х более половины всех крестьянских хозяйств. К концу 1928 г. непроизводственной кооперацией различных видов, прежде всего крестьянской, было охвачено 28 млн человек (в 13 раз больше, чем в 1913 г.). В обобществлённой розничной торговле 60—80% приходилось на кооперативную и только 20—40% — на собственно государственную, в промышленности в 1928 г. 13% всей продукции давали кооперативы. Существовало кооперативное законодательство, кредитование, страхование.

    Взамен обесценившихся и фактически уже отвергнутых оборотом совзнаков в 1922 г. был начат выпуск новой денежной единицы — червонцев, имевших золотое содержание и курс в золоте (1 червонец = 10 дореволюционным золотым рублям = 7.74 г чистого золота). В 1924 г. быстро вытеснявшиеся червонцами совзнаки вообще прекратили печатать и изъяли из обращения; в том же году был сбалансирован бюджет и запрещено использование эмиссии ценных бумаг для покрытия издержек государства; были выпущены новые казначейские билеты — рубли (10 рублей = 1 червонцу). На валютном рынке Forex как внутри страны, так и за рубежом червонцы свободно обменивались на золото и основные иностранные валюты по довоенному курсу царского рубля (1 доллар Соединенных Штатов = 1.94 рубля).

    Возродилась кредитная система. В 1921 г. был воссоздан Госбанк СССР, начавший кредитование промышленности и торговли на коммерческой основе. В 1922—1925 гг. был создан целый ряд специализированных банков: акционерные, в которых пайщиками были Госбанк, синдикаты, кооперативы, частные и даже одно время иностранные, для кредитования отдельных отраслей хозяйства и районов страны; кооперативные — для кредитования потребительской кооперации; организованные на паях общества сельскохозяйственного ссуды, замыкавшиеся на республиканские и центральный сельскохозяйственные банки; общества взаимного займа — для кредитования частной промышленности и торговли; сберегательные кассы — для мобилизации денежных накоплений населения. На 1 октября 1923 г. в стране действовало 17 самостоятельных банков, а доля Госбанка в общих кредитных вложениях всей банковской системы составляла 2/3. К 1 октября 1926 г. число банков возросло до 61, а доля Госбанка в кредитовании народного хозяйства снизилась до 48 %.

    Экономический механизм в период НЭПа базировался на рыночных принципах. Товарно-денежные отношения, которые ранее пытались изгнать из производства и обмена, в 1920-е годы проникли во все поры хозяйственного организма, стали главным связующим звеном между его отдельными частями.

    Всего за 5 лет, с 1921 по 1926 г., индекс пром производства увеличился более чем в 3 раза; сельскохозяйственное производство возросло в 2 раза и превысило на 18% уровень 1913 г. Но и после завершения восстановительного периода рост экономики продолжался быстрыми темпами: в 1927 и 1928 гг. прирост индекса пром производства составил 13 и 19% соответственно. В целом же за период 1921—1928 гг. среднегодовой темп прироста национального выгоды составил 18%.

    Самым важным итогом НЭПа стало то, что впечатляющие хозяйственные успехи были достигнуты на основе принципиально новых, неизвестных дотоле истории общественных отношений. В промышленности ключевые позиции занимали государственные объелдинение, в кредитно-финансовой сфере — государственные и кооперативные банки, в сельском хозяйстве — мелкие крестьянские хозяйства, охваченные простейшими видами кооперации. Совершенно новыми оказались в условиях нэпа и экономические функции государства; коренным образом изменились цели, принципы и методы правительственной экономической политики. Если ранее центр прямо устанавливал в приказном порядке натуральныПриростологические пропорции воспроизводства, то теперь он перешёл к регулированию цен, пытаясь косвенными, экономическими методами обеспечить сбалансированный приростаpan>

    Государство оказывало нажим на производителей, заставляло их изыскивать внутренние резервы увеличения прибыли, мобилизовывать усилия на повышение эффективности производства, которое только и могло теперь обеспечить рост прибыли.

    Государство оказывало нажим на производителей, заставляло их изыскивать внутренние резервы увеличения прибыли, мобилизовывать усилия на повышение эффективности производства, которое только и могло теперь обеспечить рост прибыли.

    Широкая кампания по снижению цен была начата правительством ещё в конце 1923 г., но действительно всеобъемлющее регулирование ценовых пропорций началось в 1924 г., когда обращение полностью перешло на устойчивую червонную валюту, а функции Комиссии внутренней торговли были переданы Наркомату внутренней торговли с широкими правами в сфере нормирования цен. Принятые тогда меры оказались успешными: оптовые цены на промышленные товары снизились с октября 1923 г. по 1 мая 1924 г. на 26 % и продолжали снижаться далее.

    Весь последующий период до конца НЭПа вопрос о ценах продолжал оставаться стержнем государственной экономической политики: повышение их объединениями предприятий и синдикатами грозило повторением кризиса сбыта, тогда как их понижение сверх меры при существовании наряду с государственным частного сектора неизбежно вело к обогащению частника за счет государственной промышленности, к перекачке ресурсов государственных предприятий в частную промышленность и торговлю. Частный рынок, где цены не нормировались, а устанавливались в результате свободной игры спроса и предложения, служил чутким «барометром», «стрелка» которого, как только государство допускало просчеты в политике ценообразования, сразу же «указывала на непогоду».

    Но регулирование цен проводилось бюрократическим аппаратом, который не контролировался в достаточной степени непосредственными производителями. Отсутствие демократизма в процессе принятия решений, касающихся ценообразования, стало «ахиллесовой пятой» рыночной социалистической экономики и сыграло роковую роль в судьбе НЭПа.

    Сколь ни блестящи были успехи в экономике, её подъем ограничивался жёсткими пределами. Достигнуть довоенного уровня было нелегко, но и это означало новое столкновение с отсталостью вчерашней Российской Федерации, сейчас уже изолированной и окружённой враждебным ей миром. Мало того, наиболее могущественные и богатые капиталистические державы вновь начинали укрепляться. Американские экономисты подсчитали, что национальный профит на душу населения в конце 1920-х годов составлял в СССР менее 19% американского.

    Политическая борьба времён НЭПа

    Экономические процессы в период НЭПа накладывались на политическое развитие и в значительной степени определялись последним. Процессы эти на протяжении всего периода Советской власти характеризовались тяготением к диктатуре, авторитаризму. Пока Ленин находился у руля, можно было говорить о "коллективной диктатуре"; лидером он был исключительно за счет авторитета, однако с 1917 г. и эту роль ему приходилось делить с Л. Троцким: верховный правитель в то время именовался "Ленин и Троцкий", оба портрета украшали не только государственные учреждения, но порою и крестьянские избы. Однако с началом внутрипартийной борьбы в конце 1922 г. соперники Троцкого - Зиновьев, Каменев и Сталин, - не обладая его авторитетом, противопоставили ему авторитет Ленина и в короткий срок раздули его до настоящего культа, - дабы обрести возможность гордо именоваться "верными ленинцами" и "защитниками ленинизма".

    Это было особенно опасно в сочетании с диктатурой коммунистической политической партии. Как сказал в апреле 1922 года Михаил Томский, один из высокопоставленных советских руководителей, «У нас несколько политических партий. Но, в отличие от заграницы, у нас одна политическая партия у власти, а остальные — в тюрьме». Как бы в подтверждение его слов, летом того же года состоялся открытый процесс над правыми эсерами. Судили всех более-менее крупных представителей этой политической партии, остававшихся в стране — и вынесли более десятка приговоров к высшей мере наказания (позднее осуждённые были помилованы). В том же 1922 году за границу выслали более двухсот крупнейших представителей российской философской мысли лишь за то, что они не скрывали своего несогласия с советским строем — эта мера вошла в историю под названием «Философский пароход».

    Дисциплина внутри самой коммунистической политической партии была также ужесточена. В конце 1920 года в политической партии появилась оппозиционная группировка — «рабочая оппозиция», которая требовала передачи всей власти на производстве профсоюзам. Дабы пресечь подобные попытки, X Съезд РКП(б) в 1921 году принял резолюцию о единстве политической партии. Согласно этой резолюции, решения, принятые большинством, должны выполняться всеми членами политической партии, включая и тех, кто с ними не согласны.

    Следствием однопартийности стало сращивание политической партии и правительства. Одни и те же люди занимали главные должности и в партийных (Политбюро), и в государственных органах (СНК, ВЦИК и т. д.). При этом личный авторитет народных комиссаров и необходимость в условиях классовой борьбы принимать срочные, неотложные решения привели к тому, что центр власти сосредоточился не в законодательном органе (ВЦИК), а в правительстве — Совнаркоме.

    Все эти процессы привели к тому, что действительное положение человека, его авторитет играли в 1920-е годы бо́льшую роль, чем его место в формальной структуре государственной власти. Именно поэтому, говоря о деятелях 1920-х годов, мы называем прежде всего не должности, а фамилии.

    Параллельно с изменением положения политической партии в стране происходило и перерождение самой политической партии. Очевидно, что желающих вступить в правящую политическую партию всегда будет гораздо больше, чем в политическую партию подпольную, членство в которой не может дать других привилегий, кроме железных нар или петли на шею. В то же время, и политическая партия, став правящей, стала нуждаться в увеличении своей численности для того, чтобы заполнить государственные посты всех уровней. Это привело к быстрому росту численности коммунистической политической партии после революции. Время от времени он подхлёстывался массовыми наборами, такими как «Ленинский набор» после смерти Ленина. Неизбежным следствием этого процесса стало растворение старых, идейных, большевиков в числе молодых партийцев. На 1927 год из 1300 тыс. человек, состоявших в политической партии, только 8 тыс. имели дореволюционный стаж; большинство остальных коммунистическую теорию совершенно не знало.

    Понижался не только интеллектуальный и образовательный, но и моральный уровень политической партии. В этом отношении показательны результаты партийной чистки, проведённой во второй половине 1921 года с целью убрать из политической партии «кулацко-собственнические и мещанские элементы». Из 732 тыс. в политической партии было оставлено только 410 тыс. членов (чуть более половины!). При этом треть исключённых были изгнаны за пассивность, ещё четверть — за «дискредитацию советской власти», «шкурничество», «карьеризм», «буржуазный образ жизни», «разложение в быту».

    В связи с ростом политической партии всё большее значение стала приобретать поначалу незаметная должность секретаря. Любой секретарь — должность второстепенная по определению. Это человек, который при проведении официальных мероприятий следит за соблюдением необходимых формальностей. В политической партии большевиков с апреля 1922 года существовала должность генсека. Он соединял руководство секретариатом ЦК и учётно-распределительным отделом, который распределял партийцев нижнего уровня по различным должностям. Должность эту получил Сталин.

    Вскоре началось расширение привилегий верхнего слоя членов политической партии. С 1926 года этот слой получил и особое имя — «номенклатура». Так стали называть партийно-государственные должности, входящие в перечень должностей, назначение на которые подлежало утверждению в Учётно-распределительном отделе ЦК.

    Процессы бюрократизации политической партии и централизации власти проходили на фоне резкого ухудшения здоровья Ленина. Собственно, год введения НЭПа стал для него последним годом полноценной жизни. В мае 1922 года его поразил первый удар — пострадал головной мозг, так что почти беспомощному Ленину установили очень щадящий график работы. В марте 1923 года произошёл второй приступ, после которого Ленин вообще на полгода выпал из жизни, чуть ли не заново учась выговаривать слова. Едва он начал оправляться от второго приступа, в январе 1924-го случился третий и последний. Как показало вскрытие, последние почти два года жизни у Ленина действовало только одно полушарие головного мозга.

    Но между первым и вторым приступами он ещё пытался участвовать в политической жизни. Понимая, что его дни сочтены, он пытался обратить внимание делегатов съезда на самую опасную тенденцию — на перерождение политической партии. В письмах к съезду, известных как его «политическое завещание» (декабрь 1922 — январь 1923 года), Ленин предлагает расширить ЦК за счёт рабочих, выбрать новую ЦКК (Центральную контрольную комиссию) — из пролетариев, урезать непомерно разбухшую и потому недееспособную РКИ (Рабоче-крестьянскую инспекцию).

    В записке «Письмо к съезду» (известной как «Ленинское завещание») была и ещё одна составляющая — личные характеристики крупнейших партийных деятелей (Троцкий, Сталин, Зиновьев, Каменев, Бухарин, Пятаков). Нередко эта часть Письма трактуется как поиск преемника (наследника), однако Ленин, в отличие от Сталина, никогда не был единоличным диктатором, ни одного принципиального решения не мог принять без ЦК, а не столь принципиального - без Политбюро, при том, что и в ЦК, и тем более в Политбюро в то время заседали независимые люди, нередко расходившиеся с Лениным во взглядах. Поэтому ни о каком "наследнике", вопрос стоять не мог (да и Письмо к съезду "завещанием" назвал не Ленин). Предполагая, что и после него в политической партии сохранится коллективное руководство, Ленин давал характеристики предполагаемым членам этого руководства, по большей части двойственные. Только одно определённое указание было в его Письме: пост генсека даёт Сталину слишком большую власть, опасную при его грубости (опасно это было, по мнению Ленина, лишь в отношениях Сталина и Троцкого, а не вообще). Некоторые современные исследователи полагают, однако, что «Ленинское завещание» больше основывалось на психологическом состоянии больного, чем на политических мотивах.

    Но письма к съезду дошли до рядовых его участников только в отрывках, а письмо, в котором соратникам давались личные характеристики, ближайшее окружение и вовсе не показало политической партии. Договорились между собой, что Сталин обещает исправиться, — тем дело и кончилось.

    Ещё до физической смерти Ленина, в конце 1922 года, между его «наследниками» началась борьба, точнее - оттеснение Троцкого от руля. Осенью 1923 года борьба приняла открытый характер. В октябре Троцкий обратился в ЦК с письмом, в котором указал на становление бюрократического внутрипартийного режима. Через неделю открытое письмо в поддержку Троцкого написала группа из 46 старых большевиков («Заявление 46»). Центральный комитет, разумеется, ответил решительным опровержением. Ведущую роль в этом сыграли Сталин, Зиновьев и Каменев. Острые споры не впервые возникали в политической партии большевиков. Но в отличие от предыдущих обсуждений, на сей раз правящая фракция активно использовала навешивание ярлыков. Троцкого не опровергали разумными доводами — его просто обвиняли в меньшевизме, уклонизме и прочих смертных грехах. Подмена действительного спора навешиванием ярлыков — новое явление: его не было прежде, но оно станет всё более привычным по мере развития политического процесса в 1920-е годы.

    Троцкого победили довольно легко. Следующая же партийная конференция, состоявшаяся в январе 1924 года, обнародовала резолюцию о единстве политической партии (прежде хранившуюся в секрете), и Троцкий был вынужден замолчать. До осени. Осенью 1924 он, однако, выпустил книгу «Уроки Октября», в которой недвусмысленно утверждал, что революцию делал он с Лениным. Тогда Зиновьев с Каменевым "вдруг" вспомнили, что до VI съезда РСДРП(б) в июле 1917 г. Троцкий был меньшевиком. Политическая партия была в шоке. В декабре 1924 г. Троцкого сняли с поста наркомвоенмора, но оставили в Политбюро.

    Свёртывание НЭПа

    С октября 1928 года началось осуществление первого пятилетнего плана развития народного хозяйства. При этом в качестве плана на первую пятилетку был принят не проект, разработанный Госпланом СССР, а завышенный вариант, составленный ВСНХ не столько с учётом объективных возможностей, сколько под давлением партийных лозунгов. В июне 1929 года началась массовая коллективизация (противоречившая даже плану ВСНХ) — она проводилась с широким применением принудительных мер. Осенью она дополнилась насильственными хлебозаготовками.

    В результате этих мер объединение предприятий в колхозы действительно приобрело массовый характер, что дало повод Сталину в ноябре того же 1929 года выступить с заявлением о том, что середняк пошёл в колхозы. Статья Сталина так и называлась — «Великий перелом». Сразу после этой статьи очередной пленум ЦК одобрил новые, повышенные и ускоренные, планы коллективизации и индустриализации.

    Выводы и заключения

    Несомненным успехом НЭПа было восстановление разрушенной экономики, причём, если учесть, что после революции Россия лишилась высококвалифицированных кадров (экономистов, управленцев, производственников), то успех новой власти становится «победой над разрухой». В то же время, отсутствие тех самых высококвалифицированных кадров стало причиной просчётов и ошибок.

    Значительные темпы роста экономики, однако, были достигнуты лишь за счёт репатриации в строй довоенных мощностей, ведь Россия лишь к 1926/1927 году достигла экономических показателей довоенных лет. Потенциал для дальнейшего роста экономики оказался крайне низким. Частный сектор не допускался на «командные высоты в экономике», иностранные инвестиции не приветствовались, да и сами инвесторы особо не спешили в Российскую Федерацию из-за сохраняющейся нестабильности и угрозы национализации капиталов. Государство же было неспособно только из своих средств производить долгосрочные капиталоёмкие инвестиции.

    Также противоречивой была ситуация и в деревне, где явно притеснялись «кулаки» — наиболее рачительные и эффективные хозяева. У них отсутствовал стимул работать лучше.

    НЭП и культура

    Нельзя не сказать и еще об очень важном влиянии НЭПа, влиянии на культуру. Разбогатевшие нэпманы, мелкие частные торговцы, лавочники и ремесленники, не озабоченные романтическим революционным духом всеобщего счастья или конъюнктурными соображениями об удачном служении новой власти, оказались в этот период на первых ролях.

    Новых богачей мало интересовало классическое искусство. Они помнили свое голодное детство и не было силы, которая сумела бы остановить утоление того детского голода. Они устанавливали свою моду.

    Главным развлечением стали кабаре и рестораны - общеевропейская тенденция того времени. Особенно были знамениты в 20-е годы кабаре Берлина. Одним из самых известных артистов-куплетистов времени был Михаил Савояров.

    В кабаре выступали артисты-куплетисты с нехитрыми песенными сюжетами, исполнители веселых фельетонов, скетчей, антреприз. Художественная ценность тех произведений весьма спорна, и многие из них уже давно забыты. Но тем не менее простые непритязательные слова и легкие музыкальные мотивы некоторых песенок вошли в историю культуры страны. И не только вошли, но стали передаваться из поколения в поколение, обрастая новыми рифмами, меняя какие-то слова, сливаясь с народным творчеством. Именно тогда родились такие популярные песни, как «Бублики», «Лимончики», «Мурка», «Фонарики», «Крутится-вертится шар голубой»...

    Эти песни многократно подвергались критике и осмеянию за аполитичность, безыдейность, мещанский вкус, даже откровенную пошлость. Но долголетие этих куплетов доказало их самобытность и талантливость. Автором текстов к песням «Бублики» и «Лимончики» был опальный поэт Яков Ядов. Да и многие другие из этих песен несут в себе тот же почерк: одновременно ироничный, лиричный, щемящий, с простыми рифмами и ритмами – ах как похожи они по стилистике на «Бублики» и «Лимончики». Но точное авторство установить пока не удалось. А о Ядове только и известно, что им сочинено огромное количество незамысловатых и очень талантливых песенок-куплетов того периода.

    Легкие жанры царствовали и в драматических театрах. И тут не всё удержалось в требуемых границах. Московская студия Вахтангова, будущий театр им. Вахтангова, в 1922 году обратилась к постановке сказки Карло Гоцци «Принцесса Турандот». Казалось бы, сказка – такой простой и незатейливый материал. Актеры смеялись и шутили, пока репетировали. Так, с шутками, порой весьма острыми, и появился спектакль, которому суждено было стать символом театра, спектакль-памфлет, таящий в себе за легкостью жанра мудрость и улыбку одновременно. С тех пор прошло три разных постановки этого спектакля. В чем-то схожая история произошла и с другим спектаклем того же театра - в 1926 году там была поставлена пьеса Михаила Булгакова «Зойкина квартира». Театр сам обратился к писателю с просьбой о написании легкого водевиля на современную НЭПовскую тему. Водевильная веселая, казалось бы, безыдейная пьеса скрывала за внешней легкостью серьезную общественную сатиру, и спектакль был запрещен по решению Наркомата просвещения 17 марта 1929 года с формулировкой: «За искажение советской действительности».

    В 1920-х годах в Москве начинается настоящий журнальный бум. В 1922 году начинают издаваться сразу несколько сатирических юмористических журналов: «Крокодил», «Сатирикон», «Смехач», «Заноза», чуть позже, в 1923 году - «Прожектор» (при газете «Правда»); в сезоне 1921/22 года появился журнал «Экран», среди авторов которого – А. Сидоров, П. Коган, Г. Якулов, Я. Тугендхольд, М. Кольцов, Н. Фореггер, В. Масс, Е. Зозуля и многие другие. В 1925 году известный издатель В. А. Регинин и поэт В. И. Нарбут основали ежемесячник «30 дней». Вся эта пресса, помимо новостей из рабочей жизни, постоянно публикует юморески, веселые неприхотливые историйки, пародийные стихи, карикатуры. Но с концом НЭПа заканчивается их издание. С 1930 года «Крокодил» остался единственным общесоюзным сатирическим журналом Эпоха НЭПа трагически закончилась, но след этого разгульного времени навсегда сохранился

    Глобальный кризис и экономическая политика современной Российской Федерации

    Современная кризисная ситуация на мировых финансовых рынках уже перестает быть локальной нестабильностью, преодоление которой возможно в результате принятия мер сугубо финансового характера. Становится очевидным, что принимаемые практически всеми странами синхронные решения по снижению учетной ставки центральных банков, поддержке равновесия на финансовых рынках в результате государственных денежных интервенций, прямой государственной поддержки крупных финансовых институтов и банков желаемых результатов не приносят.

    За финансовой нестабильностью, охватившей как ведущие державы, так и развивающиеся страны следует банковский кризис, который способен нанести серьезный ущерб мировому экономическому развитию. Удорожание кредитных ресурсов, снижение деловой активности, падение потребительского спроса не только оказывают вторичное негативное влияние на функционирование финансовой сферы, но и приводят к росту безработицы - той экономической проблемы, которая, как известно из истории, способна существенно обострить социальные и политические конфликты в обществе. Но самые сложные процессы могут последовать в результате проникновения кризисных процессов в реальный сектор экономики.

    Падение объемов производства, рост числа банкротств предприятий, особенно в тех отраслях, которые имеют большое значение для удовлетворения первоочередных инвестиционных и потребительских потребностей, может привести к серьезным сбоям в функционировании всей экономики в отдельных странах и, в силу высокой взаимозависимости, в всемирной экономике в целом. Статистика, к сожалению, свидетельствует именно о таком характере развития событий в экономике мира. Так, в конце октября 2008г. один из ведущих мировых производителей стали британская организация Arcelor-Mittal сообщила о сокращении своего производства и о падении выручки в два раза. Крупнейший в мире производитель автомобилей – фирма Toyota- сообщила о снижении чистой прибыли в 2008г. финансовом году на 56% по сравнению с планируемым показателем. Один из ведущих пучетной ставкистали в Российской Федерации - Магнитогорский металлургический комбинат - объявил о сокращении численности сотрудников на 3тыс.человек, а Новолипецкий металлургический комбинат в третьем квартале 2008г. снизил производство на 6,6%.

    Таким образом, логика развития мировых кризисных процессов, которую, к сожалению, повторяет и Россия, идет в направлении от финансового кризиса к банковскому кризису и далее – к кризису в реальном секторе экономики. Все это свидетельствует о том, что в отличие предыдущих кризисных периодов в развитии всемирной экономики (например, предыдущего финансового кризиса 1998г.) современные процессы связаны с системными причинами и ведут к углублению системного экономического коллапса. Постановка правильного экономического диагноза чрезвычайно важна для разработки и реализации эффективных антикризисных мер, разрабатываемых как в нашей стране для поддержания ее стабильного функционирования, так и международным сообществом, стремящимся повысить устойчивость развития экономики мира. Попытки паллиативными финансовыми средствами вернуть всемирную экономику в русло стабильного развития, даже при условии реализации согласованных мер по реформированию международной финансовой системы или повышении прозрачности мировых финансовых рынков, по всей видимости, положительного эффекта иметь не будут. Основной причиной этому является то, что данные меры направлены прежде всего на поддержание сложившейся структуры всемирной экономики, сложившегося экономического миропорядка и не предусматривают поддержку процессам структурной модернизации экономики мира, процессам развития новых, прогрессивных направлений предпринимательской активности, выявление и развитие новых точек мирового экономического роста. Вместе с тем, оздоровление мировых финансов возможно только в случае оздоровления мировой кредитно-денежной системы, что, в свою очередь, невозможно без осуществления процессов модернизации реального сектора экономики, многие отрасли которого не только стремительно теряют свою эффективность, являются избыточно затратными, но и во многом предопределили возникновение современных кризисных процессов. Подтверждением этому является значительный рост экономической нестабильности во многих странах мира, связанный со стремительным удорожанием в 2008г. Энергоносителей при достаточно высокой и постоянно растущей энергоемкости производства и потребления.

    Несмотря на все попытки, предпринимаемые правительством РФ, избежать негативного влияния мирового финансового кризиса на российскую экономику, этот процесс до сих пор остановить не удалось. Логика процесса повторяет общемировую: начавшись на фондовых площадках, кризисные процессы начинают охватывать банковскую сферу экономики и уже существуют признаки возникновения серьезных проблем в функционировании реального сектора экономики.

    Однако российский кризис может иметь свою отличительную особенность – он скорее всего неравномерно распределится между российскими регионами, некоторые из которых будут испытывать более серьезные экономические проблемы в сравнении с другими. Уже сегодня признаки этого «кризисного неравенства» проявляются в некоторых регионах страны. Так, основной статьей экспортирования Челябинской области является металлургическая продукция (около 90%) и в 2008г. планируемый объем экспортирования составлял 6 млрд.долл. Однако в связи с усилением кризисных процессов эта цифра оказалось недостижимой, объемы производства и экспортирования стремительно падают, а рабочие отправляются в вынужденные отпуска (около 10 тыс.человек в конце октября 2008г.) или попадают под сокращение. Таким образом, падение спроса на мировых рынках на металлургическую продукции сильнее всего затронет уральский регион, в то время как нестабильность на мировых рынках акций и падение потребительского спроса (в том числе связанного с удорожанием потребительского ссуды) станет серьезной причиной роста нестабильности в крупных регионах, таких как гг.Москва и Санкт-Петербург.

    Таким образом, при разработке российской антикризисной программы должны быть учтены региональные особенности, сложившиеся в нашей стране. Эти особенности, с одной стороны, приводят к неравномерности развития кризисных процессов по территории страны, но, с другой стороны, могут стать основой для формирования новых направлений оживления не только региональной, но и российской экономики, стать новым направлением для стратегического прорыва российских компаний и повышения деловой активности в нашей стране. Ведь, как известно, экономический коллапс – это не только экономические и социальные проблемы. Экономический коллапс – это путь к оздоровлению экономики, это процесс санации экономической системы, ее очищения от различных явлений, таких, как спекулятивный перегрев, высокая коррупционность, чрезмерный монополизм отдельных структур и других, становящихся серьезным тормозом на пути ее прогрессивного развития. Экономический коллапс высвобождает финансовые, трудовые, интеллектуальные, материальные ресурсы за счет сворачивания деловой активности в стагнирующих отраслях экономики. Выход из кризиса начинается в тот момент, когда общество оказывается способным создать новые точки роста и сформировать механизмы по постепенному перемещению ресурсов в новые, перспективные, направления хозяйственной деятельности. И в этом смысле экономический коллапс – это шанс перехода страны к качественно более высокому уровню экономического развития. Не упустить этот шанс – дело профессионализма и ответственности.

    Источники

    ru.wikipedia.org - ВикиПедия – свободная энциклопедия

    wikiznanie.ru - ВикиЗнание – свободная энциклопедия

    dic.academic.ru -Словари и энциклопедии на Академике

    bse.sci-lib.com - Большая Советская Энциклопедия

    abc.informbureau.com - экономический словарь

    Источник: http://forexaw.com/

    Энциклопедия инвестора. 2013.

    Смотреть что такое "Экономическая политика" в других словарях:

    • экономическая политика — — [http://www.eionet.europa.eu/gemet/alphabetic?langcode=en] экономическая политика Политика государства, обращенная к экономической системе: определение целей и перспектив ее развития, выбор и создание средств достижения целей. Строго… …   Справочник технического переводчика

    • Экономическая политика — (economic policy   ) – политика государства, обращенная к экономической системе: определение целей и перспектив ее развития, выбор и создание средств достижения целей. Строго говоря, это не вполне  точное определение. Экономическую политику… …   Экономико-математический словарь

    • ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА — см. ПОЛИТИКА ЭКОНОМИЧЕСКАЯ. Antinazi. Энциклопедия социологии, 2009 …   Энциклопедия социологии

    • Экономическая политика — система экономических мероприятий, осуществляемых государством. Представляет сложный механизм социально экономического и политического маневрирования, осуществляется в интересах национального хозяйства. Включает в себя программирование экономики …   Политология. Словарь.

    • ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА — проводимая государством, правительством генеральная линия действий, система мер в области управления экономикой, придания определенной направленности экономическим процессам в соответствии с целями, задачами, интересами страны. Включает… …   Экономический словарь

    • Экономическая политика — У этого термина существуют и другие значения, см. Экономическая политика (значения). Экономическая политика  совокупность мер, действия правительства по выбору и осуществлению экономических решений на макроэкономическом уровне. Реализация… …   Википедия

    • Экономическая политика —         система экономических мероприятий, осуществляемых государством в интересах господствующего класса в досоциалистических формациях, в интересах всего общества при социализме, область экономической науки. Социальное содержание Э. п., её цели …   Большая советская энциклопедия

    • Экономическая политика — (Wirtschafts или Volkswirtschaftspolitik) охватывает несколько более или менее тесно связанных между собой подотделов, а именно: 1) торговую и таможенную политику (см. Торговля, Торговое право, Меркантилизм, Физиократы), 2) промышленную политику… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

    • Экономическая политика — ECONOMIC POLICY Система мероприятий, проводимых государством с целью регулирования экономической деятельности. На макроэкономическом уровне государство стремится достичь полной занятости, стабильности цен, экономического роста и равновесия… …   Словарь-справочник по экономике

    • ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА — – совокупность организационно управленческих мероприятий экономического развития, разрабатываемых и утверждаемых для выполнения целей и задач на различных уровнях управления, начиная от предприятия (повышение уровня конкурентоспособности… …   Краткий словарь экономиста

    Книги

    Другие книги по запросу «Экономическая политика» >>


    Поделиться ссылкой на выделенное

    Прямая ссылка:
    Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»